Исцеляющая сила слова

 
 

Исцеляющая сила слова

 
 
Сила слова может строить и разрушать. Надо научиться ею пользоваться; разрушать болезнь и строить новое качество жизни. Подбирая для этих целей нужные ключевые слова.
 
Например: 
 
"ваши анализы улучшились", "динамика болезни положительная". Эти ключевые слова создают позитивный настрой пациенту. И способствуют выздоровлению.
 
Но, если врач говорит пациенту: 
 
"не думаю, что мы сможем вас вылечить, но, ремиссии добьемся"; "ваша болезнь хроническая"; "если не будете принимать эти лекарства, ваше состояние ухудшится". Это уже похоже на деструктивную установку, способствующую закреплению болезни.
 
Необходимо научиться подключаться к плану Интуиции, благодаря которой можно подобрать необходимые конструктивные, ключевые слова и фразы. И заблокировать деструктивные.
 
Чтобы мы, гарантировано, не брякнули "под руку", чего не нужно, как это однажды произошло со мной. И стало для меня хорошим уроком. Даже если состояние здоровья пациента критическое, интуиция поможет нам находить специальные слова и фразы, чтобы его не усугубить. 
 
Материализация мысли и слова, и влияние на здоровье – эта тема едва ли рассматривалась когда-либо нашей медицинской наукой, технологической, по сути, и материалистической по содержанию. 
 
Хотя она становится все более актуальной во всем мире. И не только в психологии и психоаналитике. 
 
Может быть потому, что в последнее время наши врачи, благодаря усилиям здравоохранения, растеряли исцеляющие возможности сознания, которые когда то передавались из поколения в поколение. Эти возможности назывались по-разному, в разные времена.
 
Но, еще двадцать лет назад, о них говорили, как о методе убеждения, который осуществлялся с помощью внутренней силы, или силы воли врача, медперсонала. А йоги называли этот феномен терапевтикой внушения. Она заключается в силе слова, которое может исцелять.
 
Это – настоящая СИЛА, могущая избавить человека от болезни, и быстро компенсировать его состояние. Именно активная сила сознания врача, а еще — сила пациента, активированная врачом —  должна стать фундаментом нарождающейся медицины — интегральной. 
 
Авторитет врача для пациента часто является непререкаемым, особенно, в неотложной помощи. Я не раз в этом убеждалась. Скажем, если согласно анализам и обследованию, у пациента наметилась положительная динамика, и врач ставит его об этом в известность, это значительно ускоряет выздоровление больного. 
 
Но, дело в том, что практические врачи в своей практике редко учитывают подобные «мелочи», и их влияние на здоровье пациента. Поэтому, он часто пребывает в неведении относительно своего состояния здоровья.
 
Есть немало пациентов, даже не особо внушаемых, у которых можно запустить механизм самовосстановления организма, по причине доверия к врачу. И сделать это возможно с помощью убеждения, благодаря которому можно внушить пациенту надежду на исцеление. 
 
Впрочем, есть и исключения… Некоторые больные, которые требуют иного подхода. С ними нужно разговаривать в приказном тоне. А есть и такие, которых не грех припугнуть. Последних можно назвать негативистами.
 
Я не раз наблюдала подобную «терапию», в исполнении некоторых врачей, в частности, терапевтов, реаниматологов. И видела их результаты; они были удовлетворительными, и даже отличными. 
 
Практические врачи прекрасно ориентируются в ситуации в своем "монастыре" (отделении, клинике), и без всякого ущерба для себя — то есть без нарушения протокола и инструкций — могут внести изменения в его "устав". Но вознаграждения за свой труд они вряд ли получат, в этом случае. 
 
Однажды, я также подверглась подобной терапии со стороны врача-травматолога, которую можно назвать стрессовой; и до сих пор испытываю чувство благодарности к нему. А в другом случае я, сама того не подозревая, осуществила подобную терапию.
 
Произошло это во время моего дежурства в реанимации, когда одна из пациенток неожиданно стала обвинять меня в воровстве каких-то ее вещей, которые, по ее словам лежали у нее под подушкой.
 
Обвинение было абсурдным и нелепым, поскольку, пациенты поступали к нам в отделение безо всего, в том числе, без одежды, которую забирали в приемном покое. Поэтому я, категорически, приказала ей замолчать. В этот момент у нее в глазах промелькнул страх, после чего она сразу же успокоилась.
 
Потом я узнала, что несколько часов назад у пациентки возникли симптомы послеоперационного делирия (психоза). Иногда он появлялся после операции, по причине интоксикации организма и ее влияния на нервную систему. 
 
Но, относительно  быстро устранялся, с помощью лекарственной терапии. Обычно, в течение 2-3 суток, после назначения соответствующего лечения. И только в редких случаях, пациента направляли в психиатрическую клинику, или приглашали оттуда консультантов. В данном случае, он исчез мгновенно. 
 
Однако подобную терапию, зачастую бессознательную, следует рассматривать, как результат вдохновения врача, его импровизации, которая не выходит за рамки компетенции, но и не входит в прямые обязанности врача. То есть — к выполнению протокола его действия не имеют никакого отношения. 
 
Тем более что соответственной психологической подготовки у него нет. Очевидно потому, что технологический процесс (лечебный) этого не предполагает. В здравоохранении — в первую очередь, неотложной помощи — приоритет в отношении лечения всегда отдается технологиям, этим «суррогатам», являющихся слабой тенью силы.
 
Может потому, что они имеют рыночную цену, с добавленной стоимостью, которую нетрудно подсчитать, и «накрутить»А сила сознания не поддается анализу, не просчитывается, и не «прокручивается». Короче, на ней не заработаешь, потому, что она, как бы виртуальна.
 
Может поэтому совмещать «коня и трепетную лань» — то есть технологии с силой сознания, убеждения (не путать с гипнозом!) — как это делают восточные врачи, наши врачи не стремятся, и не мотивируются.
 
Потому, что ориентированы они на процесс, а не на результатТем более, что лицензию у них, или их лечебного учреждения никто не отберет, даже при удручающей статистике, как это случается в развитых странах.
 
Впрочем, подавляющее большинство населения нашей страны лечится в коммунальных больницах, которым лицензии выдали еще с незапамятных времен, и с тех пор они продлеваются автоматически. При этом эффективность лечения в них, практически, не контролируются. 
 
Пострадать за свои действия в таких условиях, врач может только в том случае, если сознательно или бессознательно нанесет вред корпоративным интересам Системы.
 
Вследствие чего, его могут обвинить в халатности или нарушении протокола. За что попросят уйти с должности по собственному желанию, или уволят, в крайнем случае. Но такое случается нечасто.
 
Для того, чтобы здравоохранение качественно изменилось, необходимо создать новые правила, которые бы мотивировали и ориентировали медперсонал, на достижение результата, а не «обслуживание болезней»; и контролировать его выполнение.
 
Но, я полагаю, чтобы это произошло, должно измениться не одно поколение врачей, и появиться новые традиции в нашем здравоохранении. Однако сначала нашей Системе здравоохранения предстоит изжить в себе комплекс коллективной или корпоративной ответственности. 
 
А точнее, безответственности, унаследованной ею с советских времен. При этом пациент должен рассматриваться как субъект лечебного процесса, а не его объект, как сейчас. 
 
То есть должен измениться менталитет Системы и ее исполнителей. Пока этот рудимент советской эпохи будет совмещаться с коммерческими интересами Системы в нашем здравоохранении, ни о каком его прогрессе не может быть и речи – распад перейдет в агонию. Ее признаки уже наметились….

Похожие записи

Написать комментарий